Отношение Русской Православной Церкви на доклад «USCIRF» по Узбекистану

Ташкентская и Узбекистанская епархия Среднеазиатского митрополичьего округа Русской Православной Церкви, представляющая самую большую христианскую конфессию в Узбекистане, считает своим долгом выразить свое мнение по поводу озвученного недавно доклада Комиссии США по международной религиозной свободе (USCIRF) о положении со свободой вероисповедания в Узбекистане. Мы, православные христиане, с большим уважением относимся к мнению различных организаций, оценивающих со стороны жизнь, в том числе и религиозную, в Узбекистане. По слову Писания: «Надлежит …

[нам] также иметь доброе свидетельство от внешних, чтобы не впасть в нарекание и сеть диавольскую» (1 Тим. 3:7). Но очень сложно свидетельствовать свое уважение тем людям и организациям, которые однобоко, и во многом предвзято освещают текущее положение вещей в Узбекистане.

Хотя доклад вышеуказанной Комиссии и начинается с положительной оценки процессов по либерализации религиозной жизни в стране, основная его часть касается перечисления негативных примеров, действительных или мнимых, которые складываются в некую темную картину беспросветности религиозной жизни в Узбекистане. Это если оценивать доклад эмоционально, и именно на эмоциональном уровне подобного рода документы воспринимаются массовым сознанием. В глазах мировой общественности наша страна становится своего рода тоталитарной машиной, перемалывающим судьбы людей за их религиозные взгляды.

И здесь хотелось бы задать авторам доклада вопрос, который мы задаем очень часто в таких ситуациях — проводили ли они опрос по религиозной свободе среди всех слоев населения? Обращались ли они к православным христианам в наших храмах, чтобы создать полноценную картину этой стороны нашей жизни? Доклад Комиссии построен, в большей мере, на выборке различных правовых случаев, связанных с отдельными личностями.

Удалось ли авторам всесторонне изучить обстоятельства их дел, за которые они ограничены в свободе? Судя по всему — нет. И это говорит о «добросовестности» подготовки к подобным докладам.

В докладе звучат обвинения в преследовании граждан за владение и распространение религиозной литературы, за миссионерскую деятельность и другое. Но всегда ли подобная деятельность безобидна? В пример мы можем привести соседний Таджикистан, где «безобидные» миссионеры от радикальных экстремистов в кратчайшие сроки довели страну до гражданской войны.

И это начиналось с мирных бесед на религиозные темы и распространения соответствующей литературы. Мы не хотим подобной участи для нашей страны. Разумные ограничения в сфере религиозной проповеди, которые подразумевают названный в докладе «деспотичным» Закон о свободе совести Узбекистана, не дает сегодня распространиться идеям экстремизма, а потому миллионы узбекистанцев могут жить под мирным небом.

И здесь можно отметить, что подобные ограничения существуют, когда есть непосредственная опасность. Когда эта опасность пройдет, тогда изменятся и законодательные нормы. Проиллюстрировать наличие этой опасности можно на примере террористической группы т.

н. «Исламского государства», которая за счет мирной проповеди вживую и в социальных сетях в короткие сроки сформировала армию террористов-изуверов. Можно вспомнить и печально известную «Аль-Каиду», от действий которых пострадали и США.

К настоящему времени в Узбекистане сложилась ситуация, которую можно описать физическим термином — динамическое равновесие. Межрелигиозные и межконфессиональные отношения достигли не просто уровня элементарной толерантности, но даже вышли положительным образом за эту грань, основывая свое служение на принципах уважения иного мнения и согласия в общечеловеческих вопросах. Это произошло, в том числе, благодаря регулирующей роли государства.

В докладе Комиссии прозвучали обвинения в гонении на баптистов и организацию «Свидетели Иеговы». Насколько мы можем сказать о «гонениях» на баптистов, речь идет о той разновидности этой деноминации, которая носит название «инициативников», «отделенцев», «баптистов-раскольников» и т. п.

Эта группа представляет собой часть Союза церквей евангельских христиан-баптистов, особым пунктом жизни которых является неприятие контактов с государством, что выливается в иррациональное стремление избежать юридической регистрации. При этом можно добавить, что «инициативники» испытывают недоверие и неприязнь к западным либеральным и модернизированным евангелическим миссионерам. Но при случае обращается именно к западным организациям, чтобы заявить о своих «страданиях».

В Узбекистане от них требуют простого — зарегистрироваться и соблюдать закон. «Притчей во языцех» стала организация «Свидетелей Иеговы», деятельность которой носит деструктивный характер, при внешне мирном ведении своей деятельности. Мы можем предоставить массу свидетельств, когда через пропаганду этой организации разрушались семьи, отнималось или разделялось имущество, когда люди теряли психическое и физическое здоровье.

Чего стоит один запрет на переливание крови, от чего погибли тысячи людей по всему миру, а также многочисленные предсказания точных дат скорого «Конца света» и разрушения существующего мира. Миссионеры «Свидетелей Иеговы» дошли до того, что в открытую приходят в храмы нашей епархии, на кладбища, и пытаются вербовать православных верующих в свои ряды, иными словами, занимаются прозелитизмом, который запрещен законодательством Узбекистана. И вновь хотелось бы спросить, почему при оценке религиозного положения христиан в Узбекистане берутся только маргинальные группы баптистов-«отделенцев» и «Свидетелей Иеговы»?

Почему не учитываются интересы большинства христиан, которые представлены в стране православной паствой, представителями католицизма и протестантами? Мы можем ответственно заявить, что от действий маргиналов страдает христианское большинство. И если местные органы самоуправления выражают протест против появления в жилых кварталах-махаллях подобных организаций, то может быть стоит прислушаться к целому народу, а не к малым группам людей, на чем и основаны принципы демократии.

Мы уважаем стремление USCIRF к распространению принципов религиозной свободы по всему миру. Но почему тогда в оценках этой организация проглядывается вопиющая предвзятость к отдельным странам и политическим режимам. Мы понимаем, что у USCIRF нет самостоятельного механизма осуществления санкций.

Организация делегирует такие полномочия правительству США. Но неужели можно сравнить положение, связанное с осуществлением религиозных свобод, в Узбекистане и, например, в Саудовской Аравии? Вопрос риторичен.

И, тем не менее, и наша страна, и Саудовская Аравия, имеют в оценках USCIRF одинаковый статус «страны, вызывающей особое беспокойство». Более того, по соображению политической конъюнктуры никаких санкций со стороны США по отношению к жесткой нетерпимости на Ближнем Востоке не применяется, еще для этой страны действует некий «запрет на соблюдение правил» о санкциях. Для нашей страны санкционные угрозы пытаются реализовать немедленно.

Перечислив в заявлении по Узбекистану ряд единичных случаев, добавив к этому утверждение о «тысячах людей, томящихся в заключении», организация делает вывод, что наша страна живет в темном средневековье, что является реальностью все-таки не для нас, а для других регионов мира, которые почему-то неподсудны. Мы не говорим, что состояние религиозной свободы в Узбекистане стало идеальным. Для этого нужно еще долго работать.

А для такой работы требуется время, в котором нас пытаются ограничить. Неумелое вмешательство в тонкие процессы координации религиозной жизни, механизмы которых могут быть видны только изнутри, приводит к тому, что хрупкое равновесие может нарушиться, что можно сравнить с известной идеомой «слон в посудной лавке». Субъективное понятие свободы не должно стать тем идолом, в жертву которому приносится благополучие целого народа и открываются широкие возможности для разного рода темных личностей и тоталитарных организаций.

Как отмечается, правительство Узбекистана ведет значительную конструктивную работу, открыто для сотрудничества. И если есть обеспокоенность конкретными случаями, почему бы не решить проблему в рабочем порядке, в конструктивном сотрудничестве, а не делая громких заявлений. Мы надеемся на торжество здравого смысла и объективности.

И пусть Всевышний поможет всем нам в этом!